Мнения


Опыт общественного наблюдения за дистанционным электронным голосованием

Малькевич Александр Александрович, член Общественной палаты Российской Федерации, руководитель Рабочей группы по наблюдению за использованием информационных технологий в ходе избирательных кампаний и контролю за дистанционным голосованием, президент Фонда защиты национальных ценностей, кандидат политических наук, доцент. Профессор-консультант кафедры рекламы и общественных коммуникаций филологического факультета ГАОУ ВО «Ленинградский государственный университет им. А.С. Пушкина»


Во второй декаде XXI века весь мир столкнулся с рядом вызовов новой реальности, часть из которых относится к волеизъявлению граждан, формированию быстро и ситуативно модифицируемого комфортного общественного пространства, диалога с властью и другим аспектам взаимоотношений между социумом и группами/индивидуумами, обладающими полномочиями по принятию решений, влияющих на общество в целом. Одним из таких вызовов стало создание новой парадигмы голосования по общественно важным и политическим вопросам взамен морально устаревшей и подвергающейся влиянию коррумпированных сил системы. Решение о разработке платформы и инструментов электронного голосования назревало более тридцати лет, но только сейчас вышло на этап становления, получив импульсы в виде взрывообразного развития цифровых технологий, переориентации государственной экономики в русле цифровизации и постпандемийных реалий. «Интернет в состоянии обеспечить и более высокий уровень прозрачности, и новые способы политической коммуникации. Выдвигалась также идея использовать его для проведения выборов и референдумов. Предполагалось, что интерактивные выборы способны сделать электоральный процесс более простым и дешевым, а подсчет голосов – более быстрым и достоверным. Снижение затрат, как ожидалось, могло бы также придать новый импульс развитию инструментов прямой демократии», – считал Норберт Кёрстинг [1, 123–124].

Впервые эксперимент по введению электронного голосования в общественный оборот был проведен в 2000 году в США, штате Орегон, но в силу ряда причин был признан успешным условно. Причин этих было пять:

- цифровая дискриминация, не позволявшая голосовать людям, не имевшим доступа к компьютеру и/или Интернету;

- низкое качество интернет-соединений и неустойчивость перед хакингом1;

- дискриминация лиц преклонного возраста и лиц из социальных групп повышенного риска, которые не могли в силу особенностей своего положения изучить технологию голосования;

- процедура аутентификации пользователя, включавшая электронную подпись, смарт-карту или отпечатки пальцев, – так нарушался принцип анонимности;

- отсутствие защиты для «голосования за другого».

Спустя два десятка лет эти недостатки удалось практически полностью устранить, что перевело электронное голосование из пилотных проектов, по выражению М.Н. Грачёва [5, 360-361], в разряд реально работающих общедоступных сервисов.

Так, 4 июня 2020 года Центризбирком на своем заседании утвердил порядок дистанционного электронного голосования по поправкам в Конституцию. Заявки на проведения у себя онлайн-голосования по Конституции изначально подали пять регионов: Москва, Санкт-Петербург, Красноярский край, Нижегородская область и Карелия. Возможность провести выборы была дана двум регионам: Москве и Нижегородской области. До сих пор электронная форма голосования на федеральном уровне не использовалась, в прошлом году ее впервые задействовала Москва на выборах депутатов столичного парламента в трех округах. При выборе региона ЦИК России учел несколько параметров, в том числе готовность граждан принять участие в онлайн-формате, количество пользователей цифровых услуг, техническую оснащенность избиркомов, готовность общественной палаты региона подготовить наблюдателей к электронному голосованию. С 2020 года дистанционное голосование было внесено в Федеральный закон об основных гарантиях избирательных прав граждан Российской Федерации. Авторами законопроекта выступили члены комитета Госдумы по контролю и регламенту Ирина Марьяш, Дмитрий Ламейкин, Ольга Савастьянова и Михаил Емельянов. Насколько потребность в дистанционном голосовании велика в регионах, показывает процент депутатов Госдумы, проголосовавших за внесение поправки в третьем чтении: 250 человек – «за», 79 – «против» при одном воздержавшемся.

Основой для дистанционного электронного голосования (ДЭГ) в 2020 году стала московская технология, которая использовалась годом ранее [6]. Она основана на шифровании посредством ключей, которые хранятся порознь до подведения итогов. Проводила ДЭГ специально созданная территориальная комиссия. Москвичи подали более 1 миллиона заявок на участие в онлайн-голосовании по Конституции, которое проходило с 25 июня по 1 июля. Подавать заявления на участие в ДЭГ могли обладатели подтвержденной учетной записи на Едином портале госуслуг. Голосовать по Интернету можно было с 25 июня и до 20.00 30 июня. Кто зарегистрировался, но не смог или не захотел воспользоваться ДЭГ, имел право прийти на свой участок и отдать голос «классическим способом» 1 июля, что исключало возможность двойного голосования. После проверки получения электронного бюллетеня в случае его обнаружения гражданин не мог голосовать лично, в случае отсутствия – получал бумажный бюллетень. Для общественного контроля над процессом электронного голосования в Общественной палате Российской Федерации была создана рабочая группа по общественному контролю за дистанционным электронным голосованием под моим руководством. Рабочая группа стала неким прообразом оперативного штаба, куда стекалась информация о ходе голосования, нарушениях, откликах избирателей. Это согласуется с принципом работы ЦИК, который неоднократно озвучивала его глава Элла Памфилова и который состоит в том, что выборы должны сопровождаться тотальным наблюдением за всеми избирательными процедурами. В целом, надо сказать, что система себя оправдала и нам удалось избавиться от большинства «орегонских минусов» — это ярко проявилось на примере кейсов Ярославля и Курской области.

Напомним, что постановлением Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 27 июля 2020 года № 261/1924-7 на дополнительных выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации 13 сентября 2020 года было предусмотрено проведение дистанционного голосования в двух регионах. Одним из двух пилотных округов, где впервые в этом году была применена система электронного голосования на выборах в Госдуму, стал одномандатный избирательный округ №194, расположенный в Ярославле. Там проходили довыборы кандидатов в Государственную Думу.

Голосовать по Интернету изъявили желание 18 384 жителя округа, воспользовались правом голосовать дистанционно 16 828 человек. Таким образом, явка на электронном участке составила 91,91% избирателей – это очень высокий показатель, практически недостижимый оффлайн.

Второй округ, где также проходили дополнительные выборы депутата в Госдуму в дистанционном формате, – это Сеймский избирательный округ №110 в Курской области; там явка составила 90,59% (проголосовали дистанционно 11943 избирателя). Всего в этих регионах через Интернет голосовали порядка 31 тысячи человек, что, по данным ЦИК, составляет 6,9% от списочного состава избирателей. При этом ДЭГ использовали 6,6% всех голосовавших в Курской области и 14,2% от всех голосовавших в Ярославской области.

Подведение итогов ДЭГ в Курской и Ярославской областях заняло не более получаса. Сбоев в работе системы ДЭГ в ходе голосования выявлено не было, кибератаки за все три дня голосования не зафиксированы. Пиковая нагрузка насчитывала 119 уникальных посетителей в минуту на старте голосования. За первые два часа голосования нагрузка была порядка 5000 уникальных пользователей в час, после чего нагрузка снизилась до 500 пользователей в час в дневные часы. Большинство избирателей голосовали со смартфонов: это оказалось удобной, необременительной практикой, которая получила одобрение избирателей без какой бы то ни было внешней мотивации.

Таким образом, постепенное внедрение ДЭГ в избирательный процесс наряду с развитием и совершенствованием традиционных видов голосования расширяет возможности наших избирателей в выборе наиболее удобного для них способа волеизъявления. Вопреки заблуждению части общественных и политических движений – противников электронного голосования Россия не является новатором в этой области.

Использование электронного голосования – это международная практика, применяемая при принятии решений, в том числе на выборах, в разных странах мира (США, Франция, Германия, Швейцария, Австралия, Канада и т.д.). Например, в Эстонии более 43% граждан голосуют на выборах при помощи Интернета. А в Швейцарии, судя по опросам, введение интернет-голосования на выборах всех уровней поддерживает более 70% населения, хотя в 2019 году появилось движение за отмену электронного голосования из соображений безопасности. По состоянию на 2019 год в Швейцарии используются две системы электронного голосования. Система CHVote из Женевы используется в кантонах Во, Берн, Люцерн, Базель, Санкт-Галлен и Ааргау. Система представляет собой программное обеспечение с открытым исходным кодом, лицензированное в рамках AGPL. Но в 2018 году Женева решила начать поэтапный отказ от нее по соображениям стоимости. Другая система – sVote от Swiss Post, проприетарное, но раскрытое программное обеспечение, разработанное Scytl. По состоянию на 2018 год оно использовалось во Фрибурге, Невшателе и Тургау [7].

Множество споров велось о том, достаточно ли криптостойкие ключи используются при процедуре ДЭГ – дистанционного электронного голосования. Анализ данных по выборам 2020 года показывает, что новые ключи обеспечивают криптостойкость примерно в 3 раза выше, чем это было на выборах в Мосгордуму.

Непосредственно участвуя в составе Рабочей группы ОПРФ по наблюдению за дистанционным электронным голосованием 13 сентября 2020 года, я зафиксировал некоторые важные (на мой взгляд) моменты, которые должны стать отправной точкой при формировании широкомасштабной кампании федерального уровня по популяризации технологий электронного голосования.

Например, самый популярный пул вопросов касался не столько транспарентности выборов, как можно было бы ожидать, а напротив – анонимности голосования. Избирателей интересовало, увидит ли кто-нибудь их лица, сможет ли узнать, кто за кого проголосовал. Ответ, безусловно, отрицательный: в процессе голосования электронный избиратель перенаправляется на адрес электронного бюллетеня при помощи анонимайзера2.

Как работает система электронного голосования с технической точки зрения? Во-первых, уникальная ссылка формируется случайным образом из трех источников: личного кабинета избирателя на Портале госуслуг, браузера и в защищенной сети блокчейн. Такая система обеспечит прозрачность и неизменность всех данных. Проследить путь бюллетеня будет невозможно.

Во-вторых, в системе ДЭГ используется такой же принцип разделения субъекта и его действий, который используется в тор-сетях в сети Интернет. Благодаря этой технологии так сложно поймать злоумышленников, на простом примере это очень похоже на разветвленную транспортную сеть метро: на входе проверяется, кто вошел, но потом – каким маршрутом человек воспользовался, остался на станции, сел в поезд или сразу вышел – понять невозможно даже теоретически.

В-третьих, как уже было упомянуто выше, тайна голосования обеспечивается использованием современных технологий. После проверки на входе в личный кабинет каждый избиратель получает анонимный электронный бюллетень. Выбор избирателя шифруется на его устройстве. Сам секретный ключ шифрования невозможно подобрать за все время голосования.

Шифрование похоже на работу с банковской ячейкой. Один ключ – у гражданина, второй – у блокчейн-системы. Кроме того, второй ключ перед началом голосования разделяется на несколько частей. В течение всего времени голосования подобрать ключи для расшифровки данных невозможно. Данный алгоритм был подвергнут экспертизе скептически настроенными экспертами из числа IТ-сообщества, политических партий. И ни одной причины для того, чтобы не считать голосование тайным и анонимным, не было найдено. Все элементы системы электронного голосования были протестированы для обработки сотен посетителей в секунду. В ходе голосования в 2020 году было получено техническое подтверждение высокой степени защиты и взломостойкости баз данных избирателей: контур защиты ежедневно проверялся на прочность злоумышленниками, но система ни разу не допустила проникновения в данные пользователей.

В-четвертых, безопасность дистанционного электронного голосования обеспечивается с помощью технологии блокчейн, которая не позволяет подделывать голоса в процессе выбора. При попытке изменить что-то при передаче голоса вся информация о конкретном голосовании становится невалидной, так как «код» каждого обрабатывается через распределенный реестр.

Перед началом голосования на специальном компьютере, который не имеет подключения к сетям связи, происходит процедура генерации ключевой пары, состоящей из открытого и закрытого ключей. Закрытый ключ разделяется на пять частей, которые записываются на защищенные носители и раздаются членам комиссии, независимым наблюдателям, представителям кандидатов или иным лицам по решению комиссии. Они обязаны хранить свои носители и обеспечивать их конфиденциальность до окончания голосования. Сам компьютер при этом опечатывается.

Открытый ключ используется для шифрования бюллетеней с волеизъявлением избирателей, обеспечивая тайну голосования. Расшифровать бюллетени без использования закрытого ключа невозможно. Для расшифровки результатов голосования потребуется снова собрать ключ на этом же специальном компьютере, так как по отдельности каждая часть ключа бесполезна и не может быть использована. После завершения голосования собранный закрытый ключ передается в систему ДЭГ для расшифровки и подсчета результатов.

Система дистанционного электронного голосования была разработана ПАО «Ростелеком» по заказу Центральной избирательной комиссии при поддержке Министерства цифрового развития, связи и массовых коммуникаций. Система ДЭГ – полностью российская разработка, реализованная на базе блокчейн-платформы. Ее преимущества – в безопасности доступа, надежности обработки информации и гарантированной конфиденциальности. Как уже было упомянуто выше, ПАО «Ростелеком» 31 августа и 7 сентября провел масштабные тестирования системы пользователями – группой экспертов и избирателей Курской и Ярославской областей, в которую вошли более 35 тысяч человек. «По итогам тестирования улучшен интерфейс пользователя и отображение бюллетеня на экранах мобильных устройств. Для наблюдения за голосованием Ростелеком усовершенствовал дашборд, в котором отображается статистика процесса голосования. Добавлена новая функция — теперь можно загружать зашифрованные транзакции, формируемые в ходе голосования, непосредственно из блокчейна. Возможность проконтролировать работу системы ДЭГ появилась и в избирательных комиссиях — наблюдатели смогут увидеть количество авторизаций пользователей, отправленных смс и успешных подтверждений в каждый момент времени». [8]

Преимуществами электронного голосования является также экономия бюджетных средств, простота использования и возможность голосования граждан, которые не могут прийти на выборы в день голосования, ускорение и автоматизация обработки результатов выборов. Цифровые технологии активно внедряются в избирательный процесс вне зависимости от того, насколько сильно противодействие консервативных слоев общества: как и любой сервис и продукт, они подчиняются законам рынка. И, на мой взгляд, по темпам развития – охватам, технологиям, комплексности подхода – Россия имеет все шансы в ближайшие 3–5 лет занять в сфере electronic voting лидирующие позиции в мире.

Список литературы

1. Кёрстинг Н. Электронное голосование и демократия в Европе // Политическая наука. 2007. № 4. С. 123–144.

2. Постановление Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 14 ноября 2003 года № 56/508-4 «Об утверждении Инструкции о порядке использования технических средств подсчета голосов – комплексов обработки избирательных бюллетеней при проведении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва и Президента Республики Башкортостан 7 декабря 2003 года» // Вестник Центральной избирательной комиссии Российской Федерации. 2003. № 22.

3. Постановление Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 6 февраля 2004 года № 83/702-4 «Об использовании технических средств подсчета голосов – комплексов обработки избирательных бюллетеней при проведении выборов Президента Российской Федерации 14 марта 2004 года в городе Москве и городе СанктПетербурге» // Вестник Центральной избирательной комиссии Российской Федерации. 2004. № 5.

4. Выписка из протокола № 148-2-3 заседания Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 15 февраля 2002 года «О реализации Мероприятий Федерального центра информатизации при Центральной избирательной комиссии Российской Федерации по эксплуатации и развитию Государственной автоматизированной системы Российской Федерации «Выборы» и информационно-технологических подсистем интеллектуальной информационной системы здания ЦИК России на 2001 год» // Вестник Центральной избирательной комиссии Российской Федерации. 2002. № 1.

5. Грачёв М.Н. Электронное голосование: «за» и «против»//Электронный ресурс. – Режим доступа: https://cyberleninka.ru/article/n/elektronnoe-golosovanie-za-i-protiv/viewer.

6. Бабкин С. Накликали победу. Российская газета//Электронный ресурс. – Режим доступа: https://rg.ru/2019/09/09/reg-cfo/v-moskve-podveli-itogi-eksperimenta-s-elektronnym-golosovaniem.html.

7. Винсент Голей и Mix et Remix, Швейцарские политические институты, Издание Loisirs et pédagogie, 2008. ISBN 978-2-606-01295-3.

8. «Ростелеком» усовершенствовал систему дистанционного электронного голосования по итогам общественного тестирования. Новость от 09.10.2020//Электронный ресурс. – Режим доступа: https://www.company.rt.ru/press/news/d456514/.

1 Хакинг – взлом программ с целью использования данных в личных целях, их изменения, порчи, блокировки и иных манипуляций.

2 Анонимайзер – программное средство для скрытия информации о компьютере, его IP-адресе или пользователе в сети от удаленного сервера.



Возврат к списку


При использовании материалов сетевого издания «Вестник
Центральной избирательной комиссии Российской Федерации»
гиперссылка на http://vestnik.cikrf.ru обязательна

Требования к размеру и формату материалов для размещения материалов в официальном сетевом издании «Вестник Центральной избирательной комиссии Российской Федерации»
Адрес редакции:109012, Москва, Б. Черкасский пер., д. 9
Телефон редакции:(495) 625-24-85
По вопросам содержания журнала:vestnik@cikrf.ru
По вопросам технической поддержки:inp@fci.ru